Евангельское чтение

Притча о сеятеле (Лк. 8:5-15)

Сеятель — Джеймс Кристенсен

Вышел сеятель сеять семя свое, и когда он сеял, иное упало при дороге и было потоптано, и птицы небесные поклевали его; а иное упало на камень и, взойдя, засохло, потому что не имело влаги; а иное упало между тернием, и выросло терние и заглушило его; а иное упало на добрую землю и, взойдя, принесло плод сторичный. Сказав сие, возгласил: кто имеет уши слышать, да слышит!

Ученики же Его спросили у Него: что бы значила притча сия?

Он сказал: вам дано знать тайны Царствия Божия, а прочим в притчах, так что они видя не видят и слыша не разумеют.

Вот что значит притча сия: семя есть слово Божие; а упавшее при пути, это суть слушающие, к которым потóм приходит диавол и уносит слово из сердца их, чтобы они не уверовали и не спаслись; а упавшее на камень, это те, которые, когда услышат слово, с радостью принимают, но которые не имеют корня, и временем веруют, а во время искушения отпадают; а упавшее в терние, это те, которые слушают слово, но, отходя, заботами, богатством и наслаждениями житейскими подавляются и не приносят плода; а упавшее на добрую землю, это те, которые, услышав слово, хранят его в добром и чистом сердце и приносят плод в терпении. Сказав это, Он возгласил: кто имеет уши слышать, да слышит!

…Все, что встречается с Господом, проверяется на истинность, так и каждый из нас проверяется на истинность, когда встречается с Богом. Как только мы к Нему подходим ближе, все не истинное уходит, иногда с болью, но отпадает, а все истинное и живое начинает в нас по-настоящему возрождаться. Но если мы отходим от Него, наша душа превращается либо в камень, либо в дорогу, либо в терние, наша ложь начинает цвести буйным цветом и забивать в нас жизнь. И никакого плода мы не можем принести, как бы ни говорили о том, что мы в Бога верим, что в церковь ходим, что-то правильное делаем…

Как только человек движется к Богу, все естественные дары, которые Господь вложил в него, начинают вдруг оживать. Нет у нас смирения, а у Бога есть. И вот мы приближаемся к Богу, и оказывается, что Он нам тоже подарил возможность быть смиренными. Нет у нас любви, а у Бога – есть, и вот мы к Нему идем, и Он нам дает любовь. Чего только не дает нам Господь очень важного для спасения души…

Но не делая ничего, мы Его дары не возьмем, сколько бы мы книг ни прочитали, сколько бы доброго и хорошего ни узнали, как бы красиво и глубоко ни рассуждали о том, как бы нам стать добрыми и хорошими людьми, как бы нам сделать так, чтобы наша жизнь стала полной и благодатной, – ничего не получится, если мы просто не идем к Богу, если мы не движемся ко Христу ежедневно, ежечасно, ежеминутно. Но если мы ко Христу идем всегда, каждую минуту, то все у нас получается, потому что Господь подает нам все недостающее, а мы можем это принять, потому что берем не для того, чтобы взять и ничего с этим не делать, а потому, что мы не можем уже по-другому жить, потому что, двигаясь ко Христу, мы становимся другими, такими, как Он. В нас просыпаются Его черты, Его качества, мы становимся Его детьми. И это очень просто, тут даже много-то и не скажешь, самые простые слова, самая простая притча об этом говорит: для того, чтобы нам себя исправить, нам просто надо идти ко Христу. Просто, но ежедневно, просто, но каждый раз, просто, но всегда, не делая остановок, не давая себе поблажек, потому что невозможно от духовной жизни уйти в отпуск, сделать паузу. Ведь в жизни вообще невозможно остановиться, потому что как только человек делает в жизни паузу – он умирает. И в духовной жизни происходит то же самое. Человек не может устать от Бога, если он Бога любит.

А мы, к сожалению, часто думаем, что устали от духовной жизни, устали от бесконечных требований, которые нам предъявляет Церковь: от постов, от утреннего и вечернего правила, от того, что мы должны вовремя в храм приходить в воскресенье и вообще в церковь ходить – мы устаем от этого, мы устали от Бога… Но на самом деле мы устали от себя: от своих собственных страстишек, от своей собственной гордости, от всего того, что делает нашу жизнь камнем и тернием, – от этого наше сердце устает и от этого оно жаждет освободиться. А освободиться просто – просто надо идти ко Христу. Аминь.

Протоиерей Алексий Уминский

 

Память святых отцов VII Вселенского Собора

День памяти – 26 октября

Второй Никейский Собор (также известный, как Седьмой Вселенский Собор) был созван в 787 году, в городе Никее, при императрице Ирине (вдове императора Льва Хозара), и состоял из 367 епископов, представлявших, в основном, восточную часть церкви и легатов папы римского.

Собор был созван против иконоборчества, возникшего за 60 лет до Собора, при византийском императоре Льве Исавре, который, желая устранить препятствия к мирному соседству с мусульманами, считал необходимым упразднить почитание икон. Это течение продолжало существовать и при сыне его Константине Копрониме и внуке Льве Хозаре.

Открытие Собора было назначено в Константинополе на 7 августа 786 года. Приехавшие в столицу епископы-иконоборцы ещё до открытия Собора начали вести переговоры в гарнизоне, стараясь заручиться поддержкой воинов. 6 августа перед храмом Святой Софии прошёл митинг с требованием не допустить открытия Собора. Несмотря на это Ирина не стала изменять назначенной даты, и 7 августа в храме Святых Апостолов Собор был открыт. Когда начали зачитывать святые писания, в храм ворвались вооружённые воины, сторонники иконоборцев.

Епископам, поддерживающим Ирину, ничего не оставалось, как разойтись. Пережив неудачу, Ирина приступила к подготовке созыва нового Собора. Ирина не решилась вновь проводить его в столице, а выбрала для этой цели отдалённую Никею в Малой Азии, в которой в 325 году состоялся Первый Вселенский собор.

Всего, по различным оценкам, на Соборе присутствовало 350—368 иерархов, но число подписавших его Деяние составило 308 человек. Седьмой Вселенский Собор открылся 24 сентября и продолжался месяц.

Императрица Ирина лично не присутствовала в Никее, её представлял комит Петрона и начальник штаба Иоанн. Собор провёл 8 заседаний, только последнее из которых состоялось 23 октября 787 года в Константинополе в присутствии Ирины и императора, её сына. Собор начал свою работу с принятия решения в отношении епископов-иконоборцев, многих из которых разрешили допустить к участию в работе Собора, приняв их публичное раскаяние. И лишь на четвёртом заседании, по предложению папских легатов, в храм, где заседал Собор, была принесена икона.

По итогам работы был принят орос Собора, восстановивший почитание икон и разрешивший употреблять в церквах и домах иконы Господа Иисуса Христа, Божией Матери, Ангелов и Святых, чествовать их поклонением (но не таким, какое прилично Богу), а целованием, возжжением перед ними светильников и фимиамом).

После закрытия Собора епископы были распущены по своим епархиям с дарами от Ирины. Императрица приказала изготовить и поместить над воротами Халкопратии образ Иисуса Христа взамен уничтоженного 60 лет назад при императоре Льве III Исавре. К образу была сделана надпись: «[образ], который некогда низверг повелитель Лев, вновь установила здесь Ирина».

Решения этого собора вызвали возмущения у франкского короля Карла Великого (будущего императора), и в 792 г. он послал папе список из 85 ошибок, которые были допущены на этом соборе. Карл считал одобрение византийской формулы о том, что «Святой Дух исходит от Отца» – главнейшим «грехом», и настаивал на прибавлении слов: «и от Сына» (filioque). Этим был продолжен старый догматический спор между восточной и западной церквами.

Богословские споры о филиокве были частью широких противоречий между Западом и Востоком.

Православие и мир

 

Живая связь с Богом

Пастыри о важности догматов Церкви

Мы видим охлаждение православных христиан к догматам веры. Говорят, что главное – быть хорошим человеком, что перегородки между религиями не достигают неба и прочее. Как объяснить простым верующим важность догматов, в том числе и для построения правильной христианской жизни?

Без четких догматов христианин перестает быть православным

Священник Валерий Духанин:

– Христианин без догматов – это как внутренне потерявшийся воин, который не знает, за что воюет. Солдат, не могущий различить родное от неродного, легко перейдет к врагу. Без четких догматов христианин перестает быть православным. Святые отцы строго хранили догматы; напротив, ереси появлялись оттого, что кто-то считал догматы малозначимыми. И Арий, и Несторий, и родоначальник монофизитства Евтихий с точки зрения мирского общества были подвижниками, внешне образцовыми христианами, но извратили догматы и в итоге утратили Бога.

В «Луге духовном» рассказывается о старце Кириаке, к которому как-то за духовным советом пришел человек, общавшийся с несторианами. Старец увещал его перейти в Православие, но тот говорил, что каждая конфессия настаивает: спасение только у них. Он просил старца помолиться, чтобы Господь явно показал, какая вера истинная. После длительной и усердной молитвы старца человеку был показан ад, где находились Арий, Несторий, Евтихий, Ориген и другие подобные им. Ангел сказал человеку: «Это место уготовано еретикам и тем, кто им последует».

Поэтому спасти свою душу за счет одной нравственности не получится. Внешне порядочными, хорошими людьми были и фарисеи, которые тщательно блюли закон, выступали за нравственность, но отвергли Христа. Ад наполнен душами людей, которые делали свое человеческое добро, но не заботились о чистоте своей веры.

Христианин – не «просто хороший человек», а тот, кто верует во Христа, а точнее – кто верен Христу. Но как веровать во Христа, если ты не будешь знать, Кто такой Христос? Как ты можешь быть христианином, не имея элементарного представления о том, что вкладывается в исповедание Бога-Троицы? Чтобы правильно веровать, необходимо не только стремиться к Богу своей душой, своим сердцем, но иметь и правильное представление о Боге. Догматы – это знак нашей верности и нашей принадлежности Богу и Его Святой Церкви.

Еще нужно сказать, что догматы в своей основе – это открытые Богом истины, это то, что в Священном Писании Господь открыл о Себе, о Своем творении, о добре и зле, о том, как Он спас нас. На Вселенских Соборах вырабатывались словесные формулировки, но содержанием для них всегда были истины Священного Писания. Поэтому погрешность против догмата – всегда погрешность против Священного Писания, против Божия Откровения.

Догматы– это указатели, векторы, показывающие, по какому пути нашему разуму идти, чтобы прийти к познанию Бога и не заблудиться в дебрях собственных бесплодных фантазий. Догматы становятся мертвыми для тех, кто, вроде бы признавая Бога, не имеет в сердце живой молитвы к Богу, не оживляет свою веру действительным общением с Господом. Для верующего человека догматы – живая связь с Богом.

Жизнь духовная, а не душевная

Священник Димитрий Шишкин:

– Охлаждение православных к догматам веры – это свидетельство всё большего распространения в мире душевности, размывающей понятие о Духе Святом. Об этом говорили еще апостолы на заре христианства, но в наше время это равнодушие к жизни духовной приобрело воистину массовый характер. На этом основана и распространяет свое влияние ересь экуменизма, когда духовная жизнь во Христе, в недрах Его Церкви подменяется некой размытой псевдохристианской душевной идеологией. Опасность такой подмены в том, что при внешнем сохранении благочестия человек может постепенно утратить Дух Христов. И это легко может произойти, если человек верит неправо.

Чистота нашей веры куплена дорогой ценой, за каждое слово Символа веры пролито немало пота и крови святыми, и пренебрежение сокровищем веры неизменно влечет за собой повреждение духовной жизни. Истинная вера – это крепкий фундамент жизни, который не может быть «выдуман», его надо только принять со смирением и строить на нем свою жизнь. Представление об этом фундаменте дает нам только Святая Православная Церковь, которая есть «столп и утверждение истины».

 

ГНЕВ, РАЗДРАЖИТЕЛЬНОСТЬ И ОБИДЧИВОСТЬ

Из наследия Оптинских старцев

Истоки гнева и раздражительности

Почему же люди так часто раздражаются и гневаются? Иной скажет, что это от болезни, другой жалуется на нервы. Третий оправдает себя тем, что разгневался совершенно справедливо.

Преподобный Амвросий главной причиной гнева и раздражительности называл гордость.

«Три колечка цепляются друг за друга: ненависть от гнева, гнев от гордости».

«Никто не должен оправдывать свою раздражительность какою-нибудь болезнью – это происходит от гордости».

Старец по своему обыкновению высказывался коротко и метко, афористично:

«Дом души – терпение, пища души – смирение. Если пищи в доме нет, жилец лезет вон».

Преподобный Никон про обидчивость писал духовному чаду:

«Ты считаешь себя необидчивой. Но ты не обижаешься в таких вещах, которыми ты не интересуешься. Если же коснется того, чем ты дорожишь, – ты обижаешься».

Гнев губит здоровье и сокращает жизнь

Преподобный Макарий предостерегал: от гнева и раздражительности страдает не только душа, но и тело. Старец писал:

«От действия и возмущения сих духовных страстей падает и на тело расстройство, и это уже есть наказание Божие: и душа, и тело страдают от нашего нерадения и невнимания».

Старец Антоний называл раздражительность смертной отравой, которая губит здоровье и сокращает жизнь:

«В рассуждении раздражительности советую вам охранять себя как от смертной отравы, которая заметным образом губит здоровье, недействительными делает медицинские средства и самую жизнь сокращает».

Как исцелиться от гнева и раздражительности

Преподобный Лев учил удерживать себя от раздражения, чтобы не потерять душевный мир:

«Многократный искус должен вас научить в удержании себя от раздражений, чрез кои теряется мир душевный».

Старец писал о раздражительности:

«Исцеляется она не уединением, а сообращением с ближними и претерпеванием от них досад, а в случае побеждений ими – познанием своих немощей и смирением».